Форум » Красота спасёт мир! » Поэзия, поэзия, поэзия, поэзия, поэзия... » Ответить

Поэзия, поэзия, поэзия, поэзия, поэзия...

administrator: Поэзия, поэзия, поззия, поэзия, поззия, поэзия, поззия, поэзия, поззия.... Стихи, которые мы любим.

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

ninnel: Proud

Proud: ninnel Это не моё...Стибрила с одноклассников,а вот автор там указан не был

аиша: Я помню и не помню... Я знаю и не знаю... Я понимаю всё... И всё не монимаю... Хочу я всем сказать:-Проснитесь! Хотя и сплю ещё сама... Хочу кричать я:-Помогите! Иначе я сойду с ума! Не знаю я,что происходит Несчастна ль я,блаженна ль я, И почему-то всё,что с рук мне сходит Безумно радует и мучает меня... Во мне столкнулись силы две,- Плохая и Благая И я стою меж них,совсем не понимая... Что делят меж собой они? Быть может плоть мою и душу? А я смотрю и наблюдаю, И спор никак их не нарушу... Люблю Благую силу я И Ей вся отдаюсь!!! Но рядом ходит та,другая И я её боюсь...

talya: аиша

administrator: Хлоп-хлоп нас выращивали денно мы гороховые зерна нас теперь собрали вместе можно брать и можно есть нас но знайте и запоминайте: мы ребята не зазнайки нас растят и нас же сушат не для того чтоб только кушать из нас выращивают смену для того чтоб бить об стену вас отваривали в супе съели вас теперь вы трупы кто сказал что бесполезно биться головой о стену? хлоп на лоб глаза полезли лоб становится кременным зерна отольются в пули пули отольются в гири таким ударным инструментом мы пробьем все стены в мире с нас теперь не сваришь кашу стали сталью мышцы наши тренируйся лбом о стену вырастим крутую смену! обращайтесь гири в камни камни обращайтесь в стены стены ограждают поле в поле зреет урожай! здесь выращивают денно ах гороховые зерна собирают зерна вместе можно брать и можно есть их хвать летит над полем семя здраствуй нынешнее племя хлоп стучит горох о стену вот мы вырастили смену зерна отольются в пули пули отольются в гири таким ударным инструментом мы пробьем все стены в мире обращайтесь гири в камни камни обращайтесь в стены стены ограждают поле в поле зреет урожай! Вячеслав Бутусов

Beaytiful: Dragon

Beaytiful: IG СУПЕР!!!

Beaytiful: Ирина

oniks crawn: Стырила у подруги из сообщения Всем красавицам посвящается!!! (Рекомендуется Читать 6 раз в день!!): Я такая Лапочка! Я такая Цаца! На меня, Красавицу не налюбоваться! Я такая Умница! Я такая Краля! Вы такой Красавицы сроду не видали! Я себя любимую холю и лелею! Ах, какие плечики! Ах, какая шея! Талия осиная, бархатная кожа С каждым днём красивее, с каждым днём моложе! Зубки, как жемчужины - с каждым днём прочнее! Ножки - заглядение, с каждым днём стройнее! Волосы шикарные - Вам и не мечталось! На троих готовили - мне одной досталось! Никого не слушаю, коль стыдят и хают! ПОТОМУ ЧТО ЛУЧШАЯ! ПОТОМУ ЧТО ЗНАЮ!!

bysya: Мне бы спрятаться в твоих руках И забыть об этом мире навсегда Мне бы утонуть в твоих глазах Только по щеке бежит слеза Тяжело принять эту любовь И порой легко так обмануться Но хочу к тебе я вновь и вновь Для того чтоб просто прикоснуться Для того чтоб ощутить понять То о чем мечтаю каждый вечер Просто целовать тебя обнять Отмахнув тяжелых мыслей веер Просто на минуту стать твоей На секунду оказаться рядом Не считая всех своих потерь Чтобы провожал меня ты взглядом Чтобы наши провода и города Вдруг исчезли на одну минуту Чтобы ты сказал мне просто да И что я тебя наверно не забуду Чтобы вместе с этой нежной ночью Позабыл ты имя и слова все Чтобы память разорвало в клочья

Юрий Васильевич: oniks crawn пишет: Всем красавицам посвящается!!! Какая прелесть!!!

IG: Любимая баллада Стивенсона. Если не ошибаюсь в классе шестом проходили. ВЕРЕСКОВЫЙ МЕД Из вереска напиток Забыт давным-давно. А был он слаще меда, Пьянее, чем вино. В котлах его варили И пили всей семьей Малютки-медовары В пещерах под землей. Пришел король шотландский, Безжалостный к врагам, Погнал он бедных пиктов К скалистым берегам. На вересковом поле, На поле боевом Лежал живой на мертвом И мертвый - на живом. _______ Лето в стране настало, Вереск опять цветет, Но некому готовить Вересковый мед. В своих могилках тесных, В горах родной земли Малютки-медовары Приют себе нашли. Король по склону едет Над морем на коне, А рядом реют чайки С дорогой наравне. Король глядит угрюмо: 'Опять в краю моем Цветет медвяный вереск, А меда мы не пьем!' Но вот его вассалы Приметили двоих Последних медоваров, Оставшихся в живых. Вышли они из-под камня, Щурясь на белый свет,- Старый горбатый карлик И мальчик пятнадцати лет. К берегу моря крутому Их привели на допрос, Но ни один из пленных Слова не произнес. Сидел король шотландский, Не шевелясь, в седле. А маленькие люди Стояли на земле. Гневно король промолвил: 'Пытка обоих ждет, Если не скажете, черти, Как вы готовили мед!' Сын и отец молчали, Стоя у края скалы. Вереск звенел над ними, В море катились валы. И вдруг голосок раздался: 'Слушай, шотландский король, Поговорить с тобою С глазу на глаз позволь! Старость боится смерти. Жизнь я изменой куплю, Выдам заветную тайну!' - Карлик сказал королю. Голос его воробьиный Резко и четко звучал: 'Тайну давно бы я выдал, Если бы сын не мешал! Мальчику жизни не жалко, Гибель ему нипочем... Мне продавать свою совесть Совестно будет при нем. Пускай его крепко свяжут И бросят в пучину вод - А я научу шотландцев Готовить старинный мед!..' Сильный шотландский воин Мальчика крепко связал И бросил в открытое море С прибрежных отвесных скал. Волны над ним сомкнулись. Замер последний крик... И эхом ему ответил С обрыва отец-старик: 'Правду сказал я, шотландцы, От сына я ждал беды. Не верил я в стойкость юных, Не бреющих бороды. А мне костер не страшен. Пускай со мной умрет Моя святая тайна - Мой вересковый мед!'

oniks crawn: Первый луч - благословенье Бога По лицу любимому скользнул, И дремавший побледнел немного, Но еще спокойнее уснул. Верно, поцелуем показалась Теплота небесного луча... Так давно губами я касалась Милых губ и смуглого плеча... А теперь, усопших бестелесней, В неутешном странствии моем, Я к нему влетаю только песней И ласкаюсь утренним лучом. А.Ахматова IG а это мое любимое стихотворение,в 11 классе я на экзамене читала

oniks crawn: Припадая к конской гриве, верховой летит беспечно – Он тропу не выбирает, полагаясь на коня, И безудержная скорость, стук сердец и ветер встречный Души их в одну сливает, их тела соединя. Конь летит легко и лихо – но пред бездной замирает, Как литое изваянье, застывает на краю. Он рискнуть собой не смеет, потому что сердцем знает, Что ему доверил всадник жизнь невечную свою. Наяву и в снах тревожных я картину эту вижу: Всадник, впившийся в поводья, конь, привставший на дыбы… Напрягай воображенье – может, есть на свете ближе Пара тел и душ слиянных, две зависимых судьбы? И, наверно, наши души реже в пропасть бы срывались И ничем не рисковали, очутившись на краю, Если б так же нас хранили, если б так за нас боялись Те, кому мы безрассудно доверяем жизнь свою.

administrator: Дубль-пост из темы "Ищу себе жениха-невесту" Роберт Рождественский. Монолог женщины Вот ведь как... явилась первой! Надо было опоздать, Где-нибудь в сторонке встать... Что поделать - сдали нервы... Шла, как будто на экзамен, с пятницы считала дни... Как же: встреча под часами... Под часами... вот они... А его на месте нет! (Как некстати нервы сдали!) Ну, еще бы, на свиданье, не была я столько лет! Даже страшно подсчитать.... Что ж я: рада иль не рада? Там увидим... Только надо, надо было опоздать.... Дура! Сделала прическу, влезла в новое пальто, Торопилась, как девчонка! Прибежала! Дальше что? Современная женщина, современная женщина! Суетою замотана, но, как прежде божественна! Пусть немного усталая, но, как прежде, прекрасная! До конца непонятная, никому не подвластная! Современная женщина, современная женщина! То грустна и задумчива, то светла и торжественна! Доказать ее слабости, побороть ее в дерзости, Зря мужчины стараются, понапрасну надеются! Не бахвалится силою, но на ней, тем не менее, И заботы служебные, и заботы семейные! Все на свете познавшая, все невзгоды прошедшая, Остается загадкою современная Женщина! Ромео моего пока что незаметно... Что ж, подождем его, я очень современна! Порой берет тоска: ведь нужно быть, к примеру, Кокетливой (слегка!) и неприступной (в меру!). Все успеваешь ты: казаться беззаботной И покупать цветы себе, идя с работы. Самой себе стирать, себе готовить ужин. Квартиру убирать с усердием ненужным... Подруге позвонить - замужней и счастливой И очень мудрой слыть, быть очень терпеливой. Выслушивать слова и повторять, не споря: Конечно, ты права! Мужья - сплошное горе... И трубку положить, спокойно и устало И, зубы стиснув, жить, во что бы то ни стало! И маяться одной, забытой, как растенье, И ждать очередной проклятый день рожденья... И в зеркало смотреть и все морщины видеть. И вновь себя жалеть. А чаще - ненавидеть! Нести свою печаль, играть с судьбою в прятки. И плакать по ночам. А утром быть в порядке! Являться в институт и злиться без причины... Ну вот они идут по улице - мужчины! Красавцы на подбор, с достоинством спесивым Самодовольный пол, считающийся сильным! Как равнодушны вы и как же вы противны! Изнеженные львы, потасканные тигры! Глядящие людьми, стареющие телом.... Ну где он, черт возьми?! И в самом деле, где он? ...Скорая помощь по городу, словно по полю! Голос вселенской беды, будто флаг, вознеси... (Господи, может быть, что-то случилось с тобою?!) Улица вся обернулась и замерла вся. Воплем тугим переполнены сердце и память. Он оглашает: Успеть бы! Успеть бы! Успеть!.. Вновь с телефонного диска срывается палец! Скорая помощь пронзает застывший проспект... Мир озирается. Просит любовь о спасенье. И до сих пор неподвластны толпе докторов- Рушатся самые прочные дружбы и семьи. А у певицы горлом не песня, а кровь! Голос несчастья над городом мечется снова... Странно, что в эти минуты, всему вопреки, Веришь в извечную помощь тихого слова. В скорую помощь протянутой доброй руки.... ...Ну приди же, любимый, приди, одинокой мне быть запрети. Приходи, прошу, приходи. За собою меня поведи... Стрелки глупые торопя, не придумывая ничего, Я уже простила тебя, повелителя своего. Все обычно в моей мечте, я желаю - совсем не вдруг- Быть распятою на кресте осторожных и сильных рук! Что бы стало нам горячо, а потом еще горячей!.. И уткнуться в твое плечо. И проснуться на этом плече... Вот видишь, тебя и любимым назвать я успела! Не надо бы - сразу... Ведь лучше - когда постепенно. Ведь лучше - потом, лучше после ... Любимый, послушай, ведь лучше... Но где я найду это самое лучше?! О, если бы знал ты, любимый, как страшно и дико Давать о себе объявленья в газету: Блондинка, вполне симпатичная, добрая, среднего роста... Ее интересы: домашний уют и природа. Имеет профессию, ищет надежного друга... О, если бы знал ты, как все это пошло и - трудно... Порой, в темноте, рассуждаю я очень спокойно: Пройдет одиночество это, наступит другое, Наступит пора и закружатся листья из меди. В окошко мое постучит одиночество смерти.... Нет, я не пугаюсь. Я знаю, что время жестоко. Я все понимаю. И все принимаю. Но только тому одиночеству я не желаю сдаваться! Хочу быть любимой! Живою хочу оставаться! Смеюсь над другими и радуюсь дням и рассветам! И - делаю глупости! И не жалею об этом! Дышу и надеюсь... О, господи, как это больно!.. Вот видишь, любимый: я вот она - вся пред тобою!.. Слова мне скажи! Ну, пожалуйста, нет больше мочи!.. Чтоб только не молча! Слова говори мне, слова говори мне - любые! Какие захочешь, чтоб только не молча, любимый! Слова говори мне. Без этого радость - не в радость... Скажи, что со мной хорошо. И что я тебе нравлюсь. Скажи, что ты любишь меня! Притворись на мгновенье! Соври, что меня не забудешь. Соври, я поверю. ...А может просто плюнуть и уйти, и пусть его терзают угрызенья! (Ну-ну, шути, родимая, шути! Нашла ты славный повод для веселья...) Останусь, чтобы волю испытать!.. Еще немного подождем. Помедлим... Ведь женщины давно привыкли ждать, чего-чего, а это мы умеем... ...Птицы спрятаться догадаются... Одинокими не рождаются. Ими после становятся.... Ветры зимние вдаль уносятся и назад возвращаются. Почему, зачем, одиночество, ты со мной не прощаешься? Пусть мне холодно и невесело, - все стерплю, что положено... Одиночество - ты профессия до безумия сложная! Ночь пустынная. Слезы затемно. Тишина безответная..... Одиночество - наказание. А за что - я не ведаю... Ночь окончится. Боль останется. День сначала закружится... Одинокими не рождаются. Одиночеству учатся. ...Ну, приди же, любимый! Приди! Одинокой мне быть запрети ! За собою меня поведи... Приходи, прошу, приходи! Задохнувшись, к себе прижми и на счастье и на беду... Если хочешь, замуж возьми. А не хочешь - и так пойду... ...Слово-то какое замуж - сладкий дым.... Лишь бы он пришел, а там уж - поглядим.... Пусть негусто в смысле денег у него- Приголубим, приоденем, - ничего!.. Лишь бы дом мой, дом постылый не был пуст... Пусть придет - большой и сильный, - курит пусть! Спорит, ежели охота! Пусть храпит!.. Так спокойно, если кто-то рядом спит... Хорошо бы, пил не очень... И любил, хоть немножечко!.. А впрочем, лишь бы был... Без него сейчас мне точно нет житья!.. Да зачем я так?! Да что же, что же я?! Черт с тобой! Не приходи!.. Вспоминать - и то противно... Сгинь! Исчезни! Пропади! Я-то нюни распустила!.. Не желаю подбирать со стола чужие крохи! Если вновь захочешь врать, ври уже другой дурехе!.. Ишь, нашелся эталон! Я в гробу таких видала! Тоже мне - Ален Делон поселкового масштаба! Бабник! Только и всего! Трус! Теперь я точно знаю... Он решил, что на него я свободу променяю?! Думал - дама влюблена!.. Что? Не вышло? Ешьте сами! Вашей милости цена - три копейки на базаре! Я везде таких найду! Десять штук на каждый вечер! Не звони - не подойду! А напишешь - не отвечу! Как без тебя? Как? Был ты синицей в руках. Что без тебя я? Словно земля ничья. Стонет моя боль. Я бы пошла за тобой! Шла бы, закрыв глаза, тихая, как слеза... Мне без тебя как? Птицей стать в облаках? Реять в ночной темноте? Крылья уже не те... Злую печаль пью. Злюсь на судьбу свою. Вижу ее свет... Есть там или нет? Мечется мой крик! Он для других скрыт. Боль отдается в висках: как без тебя? Как? ...Стану верной женою. Не пройди стороною,- Буду верной женою. Над судьбой и над домом Стану солнышком добрым, над судьбой и над домом. Хочешь, буду сестрою. От несчастий прикрою, Хочешь, буду сестрою... Скажешь, буду рабыней, Если только любимой, то могу и рабыней... ...Кто может чуду приказать: Свершись!..- От собственного крика холодея?.. Мне кажется, я жду почти с рожденья. Я буду ждать до самого конца! Я буду ждать за смертью и за далью! Во мне стучат сестер моих сердца! Сестер по жизни и по ожиданью. ...В этот час миллионы моих незнакомых сестер, Ничего не сказав, никому и ни в чем не покаясь, Ожидают мгновенья взойти на высокий костер, На костер настоящей любви, и сгореть, улыбаясь! В этот час мои сестры на гребне такой высоты, Простирая в бессмертье зовущие нежные руки, Ждут любимых своих под часами вселенской мечты Под часами судьбы, под часами надежды и муки... В этом взрывчатом мире забытой уже тишины, Где над всеми бессонное время летит безучастно, Не придется вам пусть никогда ждать любимых с войны! Не придется вам пусть никогда ждать любимых напрасно! Рядом с бронзой царей, разжиревших на лжи и крови, Рядом с бронзой героев, рискнувших собой в одночасье, Должен высится памятник Женщине, ждущей любви! Светлый памятник Женщине, ждущей обычного счастья... Вновь приходит зима в круговерти метелей и стуж Вновь для звезд и снежинок распахнуто небо ночное... Все равно я дождусь! Обязательно счастья дождусь! И хочу, чтобы вы в это верили вместе со мною! ...Ну, приди же, любимый! Приди!..

administrator: Не нашла тему "Поэзия" :( Точно знаю, что была. Куда делась? Может кто найдёт? Буду благодарна. А пока открыла эту,временную.

administrator: Евгений Евтушенко Тому назад Тому назад, тому назад смолою плакал палисад, смолою плакали кресты на кладбище от духоты, и сквозь глазки сучков смола на стенах дачи потекла. Вымаливала молний ночь, чтобы самой себе помочь, и, ветви к небу возводя, «Дождя!.. — шептала ночь. — Дождя!..» Был от жасмина пьян жасмин. Всю ночь творилось что-то с ним, и он подглядывал в окно, где было шорохно, грешно, где, чуть мерцая, простыня сползла с тебя, сползла с меня, и от сиянья наших тел жасмин зажмурился, вспотел. Друг друга мы любили так, что оставалась на устах жасмина нежная пыльца, к лицу порхая от лица. Друг друга мы любили так, что ты иссякла, я иссяк, — лишь по телам во все концы блуждали пальцы, как слепцы. С твоей груди моя рука сняла ночного мотылька. Я целовал ещё, ещё чуть-чуть солёное плечо. Ты встала, подошла к окну. Жасмин отпрянул в глубину. И, растворясь в ночном нигде, «К воде!.. — шепнула ты. — К воде!..» Машина прыгнула во мглу, а там на даче, на полу, лежала, корчась, простыня и без тебя и без меня. Была полночная жара, но был забор и в нём — дыра. И та дыра нас завела в кусты — владенья соловья. Друг друга мы любили так, что весь предгрозием набряк чуть закачавшийся ивняк, где раскачался соловей и расточался из ветвей, поймав грозинки язычком, но не желая жить молчком и подчиняться не спеша шушуканию камыша. Не правда это, что у птиц нет лиц. Их узнают сады, леса. Их лица — это голоса. Из всех других узнал бы я предгрозового соловья. Быть вечно узнанным певцу по голосу, как по лицу! Он не сдавался облакам, уже прибравшим ночь к рукам, и звал, усевшись на лозу, себе на пёрышки грозу. И грянул выпрошенный гром на ветви, озеро и дом, где жил когда-то в старину фельдмаршал Паулюс в плену. Тому назад, тому назад была война, был Сталинград. Но память словно решето. Фельдмаршал Паулюс — никто и для листвы, и соловья, и для плотвы, и сомовья, и для босого божества, что в час ночного торжества в промокшем платье озорно со мной вбежало в озеро! На нём с мерцанием внутри от ливня вздулись пузыри, и заиграла ты волной то подо мной, то надо мной. Не знал я, где гроза, где ты. У вас — русалочьи хвосты. И, хворост молний наломав, гроза плясала на волнах под сумасшедший пляс плотвы, и две счастливых головы плясали, будто бы под гром отрубленные топором... Тому назад, тому назад мы вдаль поплыли наугад. Любовь — как плаванье в нигде. Сначала — шалости в воде. Но уплотняется вода так, что становится тверда. Порой ползём с таким трудом по дну, как будто подо льдом, а то плывём с детьми в руках во всех собравшихся плевках! Все водяные заодно прилежно тянут нас на дно, и призрак в цейсовский бинокль глядит на судороги ног. Теперь, наверно, не к добру забили прежнюю дыру. Какой проклятый реваншист мстит за художественный свист? Неужто призраки опять на горло будут наступать, пытаясь всех, кто жив-здоров, отгородить от соловьёв? Неужто мир себя испел и вместе с голосом истлел под равнодушною травой тот соловей предгрозовой?! И мир не тот, и мы не те в бессоловьиной темноте. Но, если снова духота, спой, соловьёныш: хоть с креста на кладбище, где вновь смола с крестов от зноя поползла. Пробей в полночную жару в заборе голосом дыру! А как прекрасен стал бы мир, где все заборы — лишь из дыр! Спой, соловьёныш, — подпою, как подобает соловью, как пел неназванный мой брат тому назад, тому назад... 1981

Minodora: Владей собой среди толпы смятенной, Тебя клянущей за смятенье всех. Верь сам в себя, наперекор вселенной, И маловерным отпусти их грех; Пусть час не пробил, жди, не уставая, Пусть лгут лжецы, не снисходи до них; Умей прощать и не кажись, прощая, Великодушней и мудрей других. Умей мечтать, не став рабом мечтанья, И мыслить, мысли не обожествив; Равно встречай успех и поруганье, Не забывая, что их голос лжив; Останься тих, когда твое же слово. Калечит плут, чтоб уловлять глупцов, Когда вся жизнь разрушена, и снова Ты должен все воссоздавать с основ. Умей поставить, в радостной надежде, Но карту все, что накопил с трудом, Все проиграть и нищим стать, как прежде, И никогда не пожалеть о том, Умей принудить сердце, нервы, тело Тебе служить, когда в твоей груди Уже давно все пусто, все сгорело, И только воля говорит: "Иди!" Останься прост, беседуя с царями, Останься честен, говоря с толпой; Будь прям и тверд с врагами и друзьями, Пусть все, в свой час, считаются с тобой; Наполни смыслом каждое мгновенье, Часов и дней неумолимый бег, - Тогда весь мир ты примешь во владенье, Тогда, ты будешь Человек! Редьярд Киплинг(с)

Minodora: Зеркален мир. И в этом тени нет сомненья. Лишь степень кривизны зеркал - проблема отраженья. В КРИВЫХ кривые вдруг становятся стройнее, Кто был короче - сразу смотрятся длиннее. Всегда был темным ? Как-то вдруг и осветлился. Кто пьян вчера был - выглядит как будто похмелился. Глупец имеет виды мудреца, не вызывая подозренья, Но это- лишь секрет чудес кривого отраженья. В кривое глядя можно над собою посмеяться, Лишь верности и сил самим собой хватило бы остаться. А у ПРЯМЫХ и истинных зеркал - всегда проблемы, И как тут не старайся, не уйти от темы. Соринка есть в глазу -увольте, сами посмотрите, Но то, что это не бревно, как истину примите. Ваш цвет волос для вас и окруженья не изменят, И вашу суть ЗА ВАС и вам же - не заменят! Мир многогранен, с миллиардом отражений, А в отраженьях счесть нельзя зеркальных искажений. Они - едины, части ЖИЗНИ - величайшего творенья, Как плюс и минус, все зависит лишь от направленья. Но все же, главное - чтоб в отражений кривизне не раствориться, О том, какие мы на самом деле НЕ ЗАБЫТЬСЯ.(с)

красавица и чудовище: Minodora стих слямзила и выпендрилась

administrator: красавица и чудовище пишет: стих слямзила и выпендрилась Где віпендриваться изволили?

красавица и чудовище: administrator пишет: Где віпендриваться изволили? на российском форуме... под чужим именем и половой принадлежностью.А также отправил невесте.

надежда: Прости, что я не та. Пускай поймёшь едва ли, За что прошу, мой друг, прощенья у тебя - И всё-таки прости, что мы существовали, Иным принадлежа, совсем иных любя. Прости, что без тебя я смела жить на свете, Не помогла судьбе пораньше нас свести. В том нет моей вины, но если кто в ответе - Пусть это буду я. Прости меня, прости. Прости, что хлеб и соль с тобою не делила, Что, от тебя живя в немыслимой дали, Расположенья звёзд не предопределила, Которые тебя хранили и вели. Прости за то, что так непоправимо поздно Сошлись и невзначай пересеклись пути, Которые всю жизнь существовали розно, За всё, что не сбылось, прости меня, прости. Прости, что мы с тобой не знали друг о друге, Что я от разных бед тебя не берегла, Прости за то, что я всю жизнь жила на юге И северней Москвы ни разу не была. Что я тебе была не близкой и не дальней, А попросту никем - и не могла спасти От этой седины, наверно, слишком ранней, И от морщин у глаз - прости меня, прости… Любовь Сирота

надежда: В глуши лесов счастлив один, В глуши лесов счастлив один, Другой страдает на престоле; На высоте земных судьбин И в незаметной, низкой доле Всех благ возможных тот достиг, Кто дух судьбы своей постиг. Мы все блаженствуем равно, Но все блаженствуем различно; Уделом нашим решено, Как наслаждаться им прилично, И кто нам лучший дал совет — Иль Эпикур, иль Эпиктет? Меня тягчил печалей груз, Но не упал я перед роком, Нашел отраду в песнях муз И в равнодушии высоком, И светом презренный удел Облагородить я умел. Хвала вам, боги! Предо мной Вы оправдалися отныне! Готов я с бодрою душой На всё угодное судьбине, И никогда сей лиры глас Не оскорбит роптаньем вас! Е.А.Баратынский. Полное собрание стихотворений. Библиотека поэта; Большая серия. Изд. 3-е. Ленинград: Советский писатель, 1989.

надежда: ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН Вечерний звон, вечерний звон, - Как много дум наводит он! Не тот, что на закате дня Гудит в стенах монастыря, Но тот, что пасмурной порой Поется девой молодой... Вечерний звон, вечерний звон, - Как много дум наводит он! Как он мучителен и мил! Как он мне чувства возмутил, Когда впервые звук его Коснулся слуха моего!.. То был не звук, но глас страстей, То говор был с душой моей! Вечерний звон, вечерний звон, - Как много дум наводит он! Все вторило в природе ей: Луна средь облачных зыбей, Пустыня в сумрачной тиши И ропот девственной души, Терзаемой любви тоской, И очи, полные слезой!.. Вечерний звон, вечерний звон, - Как много дум наводит он! Давыдов Денис

administrator: Урррааааа!!!!!!!!!!!!!!! Я нашла в архиве тему!!!!!

надежда: Судьба-злодейка Словами «Рок», «Судьба», «Фортуна» Обозначаем свой удел. Как будто – не живём мы вовсе, Всем всё равно, кто что хотел. Мечтал – полярником на льдине, И самолётом управлять. А стал – «хозяином» витрины, И «мерседесы» заправлять. Кто виноват? Не ты? Фортуна? Что ж так плоха она всегда? О ней ты думал накануне, И вспомнил бранные слова. Зачем так много слов бессилья? Чтобы безделье оправдать? А кто-то сможет быть сильнее, Свои решенья воплощать. И этот «кто-то» стал изгоем, Работал, жил – как сам решил. Никто не звал его героем, И никому он не был мил. Причина в чём? А он мудрее, Честнее, лучше и добрее. А потому – мат в спину, зависть, «Людей Фортуны» злость и слабость. Так социум стремится жить Как проще, на Судьбу пеняя. Что ни случится – так и быть. Себя жалей, слезу роняя. И лишь Герои наших дней Дороги жизни сами выбирают. Очнись, народ! И стань сильней! Вперёд, Россия! Мы не умираем!

надежда: Старость Пивной живот. Беззубый рот. Седая голова. И денег ни фига. Зачем тебе Такой я нужен? Я весь больной. Теперь ещё простужен. Да, добрый я. Да, я любить умею. Полвека счастлив был С любимою женой. Теперь один. Живу воспоминаньем. И ты одна. Соседка и вдова. Что делать нам? Сходиться вместе? А заболеет кто - Лекарство поднести? А если что? А кто же похоронит? Давай, иди сюда, Соседка и вдова.

надежда: О смысле жизни Мне лет уже… Не помню сколько… А в прошлом – женщин череда. Иных как звать – уже не вспомнить. Эх, поумней бы быть тогда! Зачем всё это было надо?! Цветы, коньяк, любовь на ночь?! А утром, встав с чужой постели, – Уйти, чтоб не вернуться больше, прочь. А ведь я мог бы, знаю это точно, Любимую жену иметь, двоих детей, По выходным – кино, театры, зоопарки, А в будни – к ним домой бежать скорей. Горячий ужин меня дома ждал бы, Счастливый взгляд жены и детский смех. Куда поехать в отпуск – обсудил бы, И был бы лучшим папой среди всех. А вместо этого – Кто я теперь? Зачем я? Уже не буду я счастливым никогда? Жить ради Женщины хочу – теперь я знаю точно! Эх, поумней бы быть тогда…

Ирина: Вадим Шефнер ГРЕШНИКИ В грехах мы все — как цветы в росе, Святых между нами нет. А если ты свят — ты мне не брат, Не друг мне и не сосед. Я был в беде — как рыба в воде, Я понял закон простой: Там грешник приходит на помощь, где Отвертывается святой.

надежда: П О Ж Е Л А Н И Е Увидел храм, остановись, не спеши в свою дорогу. А веришь, сам перекрестись, взгляни на крест и вспомни бога Увидел свечку, помолись. Зажги свою, пусть будет рядом. И этим ты не возгордись, в душе и так взойдет отрада. Увидел нищего, подай, отдай последнюю монету. В нашей грешной жизни, знай, от сумы зарока нету. А после этого иди, твори добро, работай смело. На небольшом своем пути сделал ты святое дело. Петр Черных

Mar1na: А у Леля глаза васильковые, Льются по ветру кудри русые, А у Леля глаза весёлые, А песни - такие грустные. А слова:"Царю Берендееву слава!" А у Леля невеста - Купава. У Купавы той губы тёплые, У Купавы, что есть - всё гладко. У Снегурки глаза, как стёкла, У Снегурки - одни загадки. У Купавы грудь - Ах! - вздымается И пьянит, словно чаша винная, А Снегурка не улыбается, А Снегурка - что снег невинная. Пьют вино берендеи, целуются И за чашей судят о ней: "Не смеётся она, не хмурится. Почему она без страстей?" И глядя на кривые улочки, Шепчет Солнце берендеево людям: "Низведите до вас Снегурочку, Вам самим тогда легче будет..." А у Леля все песни - грустные, А у Леля пальцы тонкие, Мнут дареные цветики тусклые, А глаза, как слова жестокие: "Царю слава и Солнцу слава! Поучись Снегурка у Купавы! Научись ты любовной страсти, Бессоннице, боли, тревоге, Научись перегрызать запястья, Ночью в кровь расцарапывать ноги!" Над невинностью нет власти Солнца, Но оно руки к деве тянет, Лишь любовью сердце забьётся, В тот же миг Снегурки не станет. Чтобы утром сказал берендеев царь: "Нет Снегурки, и слава Богу! Будем жить, как и жили встарь, Спой же Лель, позабыв тревогу. И пусть песня радостная льётся, Во славу берендеева Солнца!"

Mar1na: Зарулила я в бутик – Чёрт понёс по кой-то фиг, Там увидела ЕЁ… Эту блузку… Ё-моё!!! Фильдиперсу метров семь, Вырез – титьки видно всем, А на жопе – бант большой. Видно – сделано с душой. Долго думать не могла, Тыщу баксов отдала И, напялив прямо там, Подалась в универсам. К распродаже подошла… Бляха-муха, во дела! Блузка… Тысяча рублей… Точно копия моей… Фильдиперсу метров семь, Вырез – титьки видно всем, И на жопе – бант большой. Тоже сделано с душой. И, от злобы посинев, Пирожков с десяток съев, Чтоб картошки прикупить В рынок вздумала пойтить. За картошкой я иду, Вижу – в шмоточном ряду… Блузка… Тридцать три рубля… Ёпти… В точности моя!!! Фильдиперсу метров семь, Вырез – титьки видно всем, А на жопе – бант большой. Обманули ...но с душой

надежда: Mar1na пишет: Ёпти… В точности моя!!!

Tala2306: Mar1na

Tala2306: За все приходится платить За все приходится платить За газировку и за счастье, За развлечение, запчасти - На всем приходится платить. Свободой - за охоту к дракам, А за любовь законным браком Порой приходится платить. За все приходится платить По утвержденной выше смете За жизнь и то придется Смертью, увы когда-то заплатить! За все приходится платить, И может это справедливо За вдохновенье и за пиво Ценою подлинной платить, За все приходится платить И просто глупо горячиться И недостойно мелочиться, Когда придет пора платить За смех, за слезы, за успех, За свет, любовь и неудачу И тот заплатить больше всех, Кто хочет выторговать сдачу!

Fox-Brush: Сергей Есенин Письмо к женщине Вы помните, Вы всё, конечно, помните, Как я стоял, Приблизившись к стене, Взволнованно ходили вы по комнате И что-то резкое В лицо бросали мне. Вы говорили: Нам пора расстаться, Что вас измучила Моя шальная жизнь, Что вам пора за дело приниматься, А мой удел - Катиться дальше, вниз. Любимая! Меня вы не любили. Не знали вы, что в сонмище людском Я был как лошадь, загнанная в мыле, Пришпоренная смелым ездоком. Не знали вы, Что я в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, что не пойму - Куда несет нас рок событий. Лицом к лицу Лица не увидать. Большое видится на расстоянье. Когда кипит морская гладь - Корабль в плачевном состояньи. Земля - корабль! Но кто-то вдруг За новой жизнью, новой славой В прямую гущу бурь и вьюг Ее направил величаво. Ну кто ж из нас на палубе большой Не падал, не блевал и не ругался? Их мало, с опытной душой, Кто крепким в качке оставался. Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту. Тот трюм был - Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном. Любимая! Я мучил вас, У вас была тоска В глазах усталых: Что я пред вами напоказ Себя растрачивал в скандалах. Но вы не знали, Что в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, Что не пойму, Куда несет нас рок событий... Теперь года прошли. Я в возрасте ином. И чувствую и мыслю по-иному. И говорю за праздничным вином: Хвала и слава рулевому! Сегодня я В ударе нежных чувств. Я вспомнил вашу грустную усталость. И вот теперь Я сообщить вам мчусь, Каков я был, И что со мною сталось! Любимая! Сказать приятно мне: Я избежал паденья с кручи. Теперь в Советской стороне Я самый яростный попутчик. Я стал не тем, Кем был тогда. Не мучил бы я вас, Как это было раньше. За знамя вольности И светлого труда Готов идти хоть до Ла-Манша. Простите мне... Я знаю: вы не та - Живете вы С серьезным, умным мужем; Что не нужна вам наша маета, И сам я вам Ни капельки не нужен. Живите так, Как вас ведет звезда, Под кущей обновленной сени. С приветствием, Вас помнящий всегда Знакомый ваш Сергей Есенин.

Fox-Brush: Иосиф Бродский * * * Л.В. Лифшицу Я всегда твердил, что судьба - игра. Что зачем нам рыба, раз есть икра. Что готический стиль победит, как школа, как способность торчать, избежав укола. Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако - сильно. Я считал, что лес - только часть полена. Что зачем вся дева, если есть колено. Что, устав от поднятой веком пыли, русский глаз отдохнёт на эстонском шпиле. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду. Я писал, что в лампочке - ужас пола. Что любовь, как акт, лишина глагола. Что не знал Эвклид, что сходя на конус, вещь обретает не ноль, но Хронос. Я сижу у окна. Вспоминаю юность. Улыбнусь порою, порой отплюнусь. Я сказал, что лист разрушает почку. И что семя, упавши в дурную почву, не дает побега; что луг с поляной есть пример рукоблудья, в Природе данный. Я сижу у окна, обхватив колени, в обществе собственной грузной тени. Моя песня была лишина мотива, но зато её хором не спеть. Не диво, что в награду мне за такие речи своих ног никто не кладёт на плечи. Я сижу в темноте; как скорый, море гремит за волнистой шторой. Гражданин второсортной эпохи, гордо признаю я товаром второго сорта свои лучшие мысли, и дням грядущим я дарю их, как опыт борьбы с удушьем. Я сижу в темноте. И она не хуже в комнате, чем темнота снаружи. 1971

Fox-Brush: Иосиф Бродский Письмо генералу Z. (1968) Генерал! Наши карты -- дерьмо. Я пас. Север вовсе не здесь, но в Полярном Круге. И Экватор шире, чем ваш лампас. Потому что фронт, генерал, на Юге. На таком расстояньи любой приказ превращается рацией в буги-вуги. Генерал! Ералаш перерос в бардак. Бездорожье не даст подвести резервы и сменить белье: простыня -- наждак; это, знаете, действует мне на нервы. Никогда до сих пор, полагаю, так не был загажен алтарь Минервы. Генерал! Мы так долго сидим в грязи, что король червей загодя ликует, и кукушка безмолвствует. Упаси, впрочем, нас услыхать, как она кукует. Я считаю, надо сказать мерси, что противник не атакует. Наши пушки уткнулись стволами вниз, ядра размякли. Одни горнисты, трубы свои извлекая из чехлов, как заядлые онанисты, драют их сутками так, что вдруг те исторгают звук. Офицеры бродят, презрев устав, в галифе и кителях разной масти. Рядовые в кустах на сухих местах предаются друг с другом постыдной страсти, и краснеет, спуская пунцовый стяг, наш сержант-холостяк. ___ Генерал! Я сражался всегда, везде, как бы ни были шансы малы и шатки. Я не нуждался в другой звезде, кроме той, что у вас на шапке. Но теперь я как в сказке о том гвозде: вбитом в стену, лишенном шляпки. Генерал! К сожалению, жизнь -- одна. Чтоб не искать доказательств вящих, нам придется испить до дна чашу свою в этих скромных чащах: жизнь, вероятно, не так длинна, чтоб откладывать худшее в долгий ящик. Генерал! Только душам нужны тела. Души ж, известно, чужды злорадства, и сюда нас, думаю, завела не стратегия даже, но жажда братства: лучше в чужие встревать дела, коли в своих нам не разобраться. Генерал! И теперь у меня -- мандраж. Не пойму, отчего: от стыда ль, от страха ль? От нехватки дам? Или просто -- блажь? Не помогает ни врач, ни знахарь. Оттого, наверно, что повар ваш не разбирает, где соль, где сахар. Генерал! Я боюсь, мы зашли в тупик. Это -- месть пространства косой сажени. Наши пики ржавеют. Наличье пик -- это еще не залог мишени. И не двинется тень наша дальше нас даже в закатный час. ___ Генерал! Вы знаете, я не трус. Выньте досье, наведите справки. К пуле я безразличен. Плюс я не боюсь ни врага, ни ставки. Пусть мне прилепят бубновый туз между лопаток -- прошу отставки! Я не хочу умирать из-за двух или трех королей, которых я вообще не видал в глаза (дело не в шорах, но в пыльных шторах). Впрочем, и жить за них тоже мне неохота. Вдвойне. Генерал! Мне все надоело. Мне скучен крестовый поход. Мне скучен вид застывших в моем окне гор, перелесков, речных излучин. Плохо, ежели мир вовне изучен тем, кто внутри измучен. Генерал! Я не думаю, что ряды ваши покинув, я их ослаблю. В этом не будет большой беды: я не солист, но я чужд ансамблю. Вынув мундштук из своей дуды, жгу свой мундир и ломаю саблю. ___ Птиц не видать, но они слышны. Снайпер, томясь от духовной жажды, то ли приказ, то ль письмо жены, сидя на ветке, читает дважды, и берет от скуки художник наш пушку на карандаш. Генерал! Только Время оценит вас, ваши Канны, флеши, каре, когорты. В академиях будут впадать в экстаз; ваши баталии и натюрморты будут служить расширенью глаз, взглядов на мир и вообще аорты. Генерал! Я вам должен сказать, что вы вроде крылатого льва при входе в некий подъезд. Ибо вас, увы, не существует вообще в природе. Нет, не то чтобы вы мертвы или же биты -- вас нет в колоде. Генерал! Пусть меня отдадут под суд! Я вас хочу ознакомить с делом: сумма страданий дает абсурд; пусть же абсурд обладает телом! И да маячит его сосуд чем-то черным на чем-то белом. Генерал, скажу вам еще одно: Генерал! Я взял вас для рифмы к слову "умирал" -- что было со мною, но Бог до конца от зерна полову не отделил, и сейчас ее употреблять -- вранье. ___ На пустыре, где в ночи горят два фонаря и гниют вагоны, наполовину с себя наряд сняв шутовской и сорвав погоны, я застываю, встречая взгляд камеры Лейц или глаз Горгоны. Ночь. Мои мысли полны одной женщиной, чудной внутри и в профиль. То, что творится сейчас со мной, ниже небес, но превыше кровель. То, что творится со мной сейчас, не оскорбляет вас. ___ Генерал! Вас нету, и речь моя обращена, как обычно, ныне в ту пустоту, чьи края -- края некой обширной, глухой пустыни, коей на картах, что вы и я видеть могли, даже нет в помине. Генерал! Если все-таки вы меня слышите, значит, пустыня прячет некий оазис в себе, маня всадника этим; а всадник, значит, я; я пришпориваю коня; конь, генерал, никуда не скачет. Генерал! Воевавший всегда как лев, я оставляю пятно на флаге. Генерал, даже карточный домик -- хлев. Я пишу вам рапорт, припадаю к фляге. Для переживших великий блеф жизнь оставляет клочок бумаги.

Mar1na: То по матери, то по отчеству, Не по отчеству, так по матери - Так и бегаем между прочим мы От одной до другой кровати. Нам бы принца всем мало-мальского! Одного! Мы потом поделимся. Разнопланового - чтоб мальчиков Он любил, а не только девочек. Всех кто рядом - перелюбили, Все кто рядом - уже достали, Так и эдак мы жили-были, А вот с принцем ещё не спали. Лада Лузина



полная версия страницы